?

Log in

No account? Create an account
Тайны советского футбола #12 - ФК "Спартак" Москва. Сообщество болельщиков. [entries|archive|friends|userinfo]
ФК Спартак Москва

[ website | ДотКом ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Тайны советского футбола #12 [авг. 31, 2011|04:19 pm]
ФК Спартак Москва

ru_spartak_msk

[fc_sm]
[Tags|]



Андрей Тихонов: в «Спартак» в голубых трусах...

 

Придя из армии, я собирался идти работать грузчиком, но будущая жена посоветовала попробовать себя в футболе. Не прошло и двух лет, как меня позвали в «Спартак». Первые дни пребывания на просмотре в великой команде чувствовал себя не в своей тарелке. Вокруг ходили сплошь футбольные монстры. Я настолько робел, что даже после тренировок не мог зайти в столовую попить водички. Пил из-под крана в умывальнике. По прошествии лет Коля Писарев частенько подшучивал над моей скромностью, все вспоминал, как я пытался быть незаметным, но мои голубые трусы всем бросались в глаза, и внимание мне уделялось соответствующее. Я тогда не знал, куда от стыда деваться, у меня никогда не было красных трусов, а попросить стеснялся. Так в голубых трусах меня Романцев в «Спартак» и зачислил.

 

... про ты прости меня, Тишка!..

 

Чрезмерная боязнь ошибки превращает ноги в пудовые гири. Я с этими гирями, наверное, до 1995 года играл. Выходя в тот период на матчи, давал себе только одну команду: не навредить партнерам, ничего не испортить. В противном случае можно было попасть под Пятницкого. На поле Андрей — страшный человек! Подобных ему не встречал. Он хоть и курил, и с режимом имел проблемы, все равно, будто двужильный, носился без остановки, умудряясь при этом (!) мешать всем: партнерам, соперникам, судьям, болельщикам, штангам и угловым флажкам. Я не видел ни одной игровой фотографии, где бы у него был закрыт рот. Даже когда он сам был с мячом, все равно комментировал действия остальных: этот не так открылся, тот не туда побежал. Мне всегда хватало терпения выдерживать этот прессинг. Помогало и то, что в жизни Андрей — совсем другой человек — мягкий и бесконфликтный. Не раз в раздевалке он ко мне подходил: «Тишка, ты на меня не обижайся!» А через день, едва я только ступал на поле, все начиналось по новой. В общем, уникальный он человек, этот капитан — молот Андрей Пятницкий.

 

... про суперуникального Хлестова...

 

Мне вообще повезло на интересных и удивительных людей. Взять хотя бы Хлестова с Евсеевым, с которыми в «Спартаке» один хлеб ели. Те в Димкиной комнате вечно играли в компьютерный футбол. Прибегут с тренировки, сбросят бутсы — и за джостики. И днем, и вечером, и накануне важных матчей они жали на кнопки. Придешь их навестить, а они на тебя ноль внимания, только семечками хрустят да в экран смотрят. Очень колоритные ребята! Я все боялся, что у них крыши поедут, но вроде обошлось. Хлест во всем необычный. В машине на стеклах развесит штук сорок мягких игрушек, я все удивлялся, как он при этом чего-то умудряется видеть. А ему это и не надо было. Он вообще на дорогу не смотрел, все внимание уделял семечкам, очистки от которых прямо на пол бросал. Но ездить умудрялся великолепно.

 

...про то, как поймать карпа зубами...

 

В «Спартаке» не только игроки, но и административный штаб был колоритнейший. Тот же мастер по обуви Слава Зинченко, позволяя нам над собой подшучивать, на многие жертвы шел для поднятия команде настроения. В Швейцарии мы с ребятами скинулись и на 400 долларов заключили с нашим «сапожником» пари: прыгнет он в пруд, где разводят рыбу, или нет. Так Слава не только в воду сиганул, он еще и проплыл метров 20 и зубами чуть карпа не поймал. Работники отеля дар речи потеряли. Они же не знали, что Вячеслав у нас — «заядлый пловец». На проводах Димки Аленичева в «Рому» Слава совершил отчаянный заплыв по Москве — реке в промышленной зоне, мы его весь вечер потом отмывали.

 

... зачем нам дана мужская сила?..

 

Не менее уникальная личность — видеооператор Александр Иванович Святкин, которого спартаковцы моего поколения по сей день называют Космонавтом Ивановичем. Дело в том, что он не с нашей планеты. Инопланетянин! Говорит преимущественно о высшем разуме. Все его суждения не для землян. Как-то  он меня потряс, сказав, что мужская сила нужна один раз, чтобы зачать ребенка. После чего я вступил с ним в длинную дискуссию. Но сумел только выбить из него то, что сила эта нужна 2 или 3 раза, чтобы зачать второго или третьего ребенка. Все! Я спросил, а как же здоровье, а Александр Иваныч говорит, что вот так здоровье все в тебе и хранится. У нас была эмоциональная полемика, он довел меня до нервного срыва, я его вежливо послал, потому что трудно разговаривать с человеком, который не от мира сего. А когда теперь с ним встречаемся, он жмет руку, как будто мы с ним старые друзья, и не разжимает ладонь пару минут.

 

... про то, что у Романцева сезон начинался с пения...

 

Ну а самым непредсказуемым человеком из тех, что встретились мне в футбольной среде, был Романцев. От Олега Ивановича можно было в любой момент ожидать чего угодно. Только мы с ребятами вышли из отпуска, получили экипировку, сидим, разговариваем. Вдруг Романцев меня вызывает. Прихожу — у него в номере певец Александр Буйнов. Оба веселые, видимо, только что приехали с какого-то торжества. Иваныч говорит: собери стариков, оденьтесь в новую форму и идите играть в квадрат — вас на камеру поснимают. Вышли: я, Егор, Тоша (Дима Парфенов), Колек Писарев и Шира (Саша Ширко), а на поле уже Романцев с Буйновым. Вот мы их в «квадрат» и погоняли, то между ног просунешь, то в «буфет» отправишь. Насмеялись тогда все — больше некуда! Было безумно интересно, у Иваныча, кстати, потрясающее чувство юмора, да и Александр — мужик что надо! Буйнов разошелся, я, говорит, в вашей шкуре побывал, теперь вы в мою влезайте. Через несколько минут прямо на базе начали снимать музыкальный клип: Александр пел куплеты, а мы все — припев. Годы спустя я видел по телевизору документальный фильм о Буйнове, в который были включены кадры того дня. Все понравилось, только бы звук на припеве я на месте режиссера все же убрал.

 

... про пропавшую майку

 

С духом победы ведь ничто не сравнится. Полагаю, это сильнее наркотиков. Когда человек забивает гол, он перестает себя контролировать. В 1998-м в финале Кубка России в концовке встречи я забил решающий мяч. У меня была паника, я бежал к трибунам и не знал, что с собой делать. Ничего не понимая от дикого восторга, сорвал с себя майку и засунул ее в трусы. Потом встал на колено, подлетели ребята и началась куча-мала. Затем, когда надо было возвращаться на поле, я не смог найти свою майку. Смотрю на руки — майки в них нет. Озираюсь по сторонам — тоже ее не вижу. И только когда почувствовал дискомфорт в трусах — догадался поискать майку там. Я так и не вспомнил, как это я умудрился выкинуть такой фортель. А ведь в экстазе мог и трусы с себя сорвать. Безграничный восторг опасен. Но как же хочется, чтобы такие моменты повторялись вновь и вновь!
____________________________________________

Александр Точилин про Яшина и узбеков

 

Я же динамовец и потому историю нашего славного клуба знаю досконально. Вот один эпизодик, который произвел на меня в юности огромное впечатление.

Легендарный Яшин, когда еще был игроком, в тот день был на сборах. Его жена, Валентина Тимофеевна, услышав звонок, открыла дверь. На пороге — совершенно незнакомый узбек в халате.

— Яшин здесь живет?

— Здесь. А что вам нужно?

— Приехал в Москву, а в вашем городе только одного Яшина и знаю.

— Ну проходите тогда.

Узбек прошел. Да не один, а со всей своей семьей — женой и восьмерыми детьми. Неделю они у Яшина жили, пока Лев Иванович для них номер в гостинице не снял.

Представляете масштаб человека?! Поселить у себя десяток незнакомых людей. Кто бы из нас сегодня так смог?
___________________________________________________

Владимир Федотов про то, как подложил тестю свинью...

 

Для Константина Ивановича Бескова, моего тестя и учителя, не существовало людей — существовал только результат. Поэтому для него не имело значения, кто там ему противостоит. Своих поражений не прощал никому. До сих пор, когда вспоминаю подробности того исторического дня, у меня внутри что-то сжимается. Я тренировал ростовский СКА, Бесков — «Спартак». В финале Кубка СССР 1981 года наши команды сошлись друг с другом. Было это в День Победы — 9 мая. Теща наприглашала гостей. Стол накрыла. Они все были уверены в победе «Спартака», а получилось, что выиграла моя команда. Я пришел поздно. Робко позвонил, теща открыла дверь: «Вовочка, Вовочка…», а я смотрю по сторонам и чувствую, обстановка такая, будто здесь кого-то похоронили. Какой там «Вовочка»?! Хоть топор от напряжения вешай. У Константина Ивановича желваки ходят, того гляди придушит. Я уж не знал, куда деться. Очень переживал. На следующий день Бесков приехал ко мне на дачу и сказал: «Знаешь, может быть, эта победа тебе нужнее». Я обрадовался, подумал, что все нормально. Но ровно через год, 9 мая 1982-го, Константин Иванович опять взялся за старое: «Как ты мог у меня выиграть?!» И потом каждый год, раз за разом, с укоризной говорил про тот финал. Так и не простил мне той победы.

 

...как Тарасов заставил почувствовать запах крови...

 

Я считался техничным игроком, и соперники меня нещадно били. Самое любопытное, что под занавес своей карьеры я сам стал дубасить всех направо и налево. Тарасов, который тогда пришел в футбол, изменил мое мировоззрение. Он учил нас жесткости. На каждой тренировке кричал: «В чем дело? Не вижу крови!» Если бы кто-то из наших игроков хоть раз в стыке убрал ногу, его со словами «Вон отсюда!» сразу бы выкинули из команды. Дошло до того, что я выходил на поле с одной мыслью: «высечь искру», и стоило прозвучать стартовому свистку, как я тут же бежал искать жертву. И только после того, как искры летели во все стороны, мог позволить себе переключиться на созидание. Это был шок для многих. Люди не понимали: как умный, техничный игрок мог превратиться в олицетворение жесткости, а порой и грубости на поле.

А как не превратиться, когда попадаешь под влияние Тарасова?! К тому же оказалось, что запах крови тоже способен доставлять удовольствие.

 

...пока рисовал футболистиков, сын вырос...

 

Если футбол исчезнет, у меня пропадет смысл жизни. Это будет трагедия! Если я за письменным столом не придумал, не нарисовал какую-то схемку, день можно считать потерянным. Когда я был у Тарасова играющим тренером, он меня в этом плане страшно муштровал. «Так иди, составь схемы десяти вариантов розыгрыша угловых ударов». Ну где их столько набрать? Помню, мучился, изобрел только пять. Крадусь к нему: «Анатолий Владимирович, я только пять нарисовал». — «Ну давай сюда свои листочки». Отдаю. Он разрывает все на мелкие кусочки. «Иди думай по новой». Или часто он говорил: «Иди проведи тренировку, но предварительно подготовь мне три разных конспекта». Тарасов обязательно первые два конспекта рвал. Я со временем привык к этому и два первых делал как под копирку: ну чего напрягаться-то, если он их порвет. Зато в третий вариант вкладывал всю душу. Тарасов постоянно заставлял меня думать. «Ты подумал? Еще подумай. А может, что-то более интересное придумаешь».

И так я к этому делу пристрастился, что просто ужас! Помню, у Гришки, у моего сына, дочка родилась. Он приехал ко мне и смотрит: я сижу рисую футболистиков. Он мне и говорит: «Пап, я маленьким был — ты этих футболистиков рисовал. Вот у тебя уже внучка растет, а ты все рисуешь».

 

... про тяжкое наследие...

 

Мой сын — самый выдающийся футбольный наследник в стране, ни у кого никогда не было такой звездной родни. Многие ждали от Гришки чудес на зеленом поле, еще бы — внук величайших Григория Федотова и Константина Бескова, сын Владимира Федотова! Где бы Гриша ни появлялся, ему везде говорили про его знаменитых предков. Вот у пацана на наш вид спорта и выработалась аллергия. И это привело к тому, что, когда мы с ним ходили на стадион на матчи «Спартака» болеть за Бескова, сын из-за выработавшегося у него духа противоречия болел против красно-белых. И когда «Спартак» пропускал мяч, он выхватывал из кармана свой детский пистолетик и на радостях салютовал из него в воздух: дескать, вот вам, с вашим футболом!
_______________________________________

Валерий Филатов про "какая, на фиг, быль?!"

 

Вся моя спортивная карьера соткана из баек и историй. Но самый забавный период — это выступление за ветеранов. Чего там вытворял Стрельцов! У Эдуарда Анатольевича была очень своеобразная, зажигательная манера общаться. Вот рассказывает он что-нибудь необычное, у него спрашивают: «Эдик, это быль?» — «Какая, на фиг, быль?! На самом деле было!»

 

...про математику по Стрельцову...

 

Когда Миша Гершкович получил свою первую квартиру, собрал всех «стариков» отметить это событие. Хватает сумку и спрашивает у Стрельцова: «Эдуард Анатольевич, сколько водки брать?» — «Ну возьми бутылок пять-шесть». — «Не мало? Нас же восемь человек!» — «Так это на каждого по пять-шесть!»

 

...про то, что Бесков видел игроков даже через телефонный шнур...

 

Говорят, что Бесков был деспотом. Я же считаю, что Константин Иванович был абсолютно нормальным. Взять хотя бы вот такой уникальный случай. Я отыграл за спартаковский дубль как раз против торпедовцев, но под основной состав, которому предстояло идти в бой на следующий день, меня не пригласили. И мы с другом с чистой совестью поехали ко мне домой. Открыли бутылочку, по паре рюмочек пропустили. Вдруг звонок по телефону, на проводе Бесков: «Чем занимаешься?» — «Телевизор смотрю, Константин Иванович». Он словно все понял и говорит: «Ну выпей еще рюмочку за мое здоровье и приезжай в Тарасовку, готовиться к матчу с «Торпедо».

 

... почему опасно было ходить на спектакли к Далю

 

Ныне покойный Олег Даль пригласил как-то нас с Лешей Еськовым к себе на спектакль — в «Современник» и посадил нас на первый ряд. И по ходу спектакля у Олега с героиней разворачивается диалог. Она у него спрашивает: «Федя, ты чего делаешь в четверг?» А он ей: «В четверг я занят, дорогая, — на футбол иду. Вон посмотри, и Леха с Валеркой сидят в первом ряду». Подходит и показывает на нас. Мы вжались в кресла, такое впечатление, что весь зал на нас смотрит. А зрителям-то и дела не было до того, кто такие Леха с Валеркой, все подумали, что так и надо, что это слова пьесы. Даль вообще был великий импровизатор. С ним я все время чувствовал себя в напряжении — он постоянно заставлял думать.
______________________________________________

Александр Хаджи про то, как Старостин заставил корейцев округлить глаза...

 

Много лет мне довелось проработать рядом с Николаем Петровичем Старостиным, человеком, постоянно создававшим вокруг себя особое настроение.

В середине 1980-х Николай Петрович где-то прочитал, что каждая ступенька, пройденная вверх или вниз, добавляет секунду жизни. Тогда это была довольно популярная теория. Поэтому он никогда не пользовался лифтом, всегда ходил пешком. Однажды в Ереване мы выходили из гостиницы, собираясь на игру. Стоим мы со спустившимся по лестнице Николаем Петровичем внизу, ждем, когда вся команда будет в сборе. Приезжает лифт с игроками и братом спартаковского патриарха — Андреем Петровичем Старостиным и на первом этаже застревает — двери не открываются.

Стук оттуда сначала тихий, потом все громче, крики: «Помогите!» Николай Петрович подходит, спрашивает, что случилось. Ему изнутри отвечают:

— Застряли, уже минут десять сидим.

На что он мгновенно им выдает:

— Ничего, посидите. Я двенадцать лет сидел!

 

До самых последних лет Старостин следил за своим здоровьем и даже уже в преклонных летах занимался физкультурой. Комичный случай на этой почве случился, когда мы были в Корее в 1991 году. Корейцы часто подходили, спрашивали про команду, про игроков. Первым делом их интересовало, кто у нас президент. Вот, отвечаю всем, Николай Петрович Старостин. А сколько ему лет? Девяносто уже, отвечаю. И они к нему относились с величайшим почтением, можно даже сказать — с благоговением.

Приехали мы как-то на стадион на игру. Идет разминка команды, телекамеры стоят, фотографы с аппаратурой. И вдруг вижу, все «косые» разом как по команде разворачиваются в одну сторону.

У Николая Петровича была манера гулять вокруг поля перед игрой. Он сначала мерил длину, ширину, а потом просто прогуливался. И тут я вижу, что Николай Петрович, девяностолетний президент знаменитого клуба, высоко поднимая ноги, рвет двести метров по бровке. И не просто бежит, а еще и в поворот на скорости входит, угол режет. Корейцы просто в шоке были от этой сцены, у них всех глаза от изумления круглые стали. Такого от девяностолетнего президента клуба они никак ожидать не могли.

 

... про Бескова от генерала до генералиссимуса...

 

С Бесковым у Старостина всегда были непростые отношения. В клубе в то время было сложно с автотранспортом. Имелись лишь две «Волги»: серая — у Бескова, черная — у Старостина. Однажды ехали мы с Николаем Петровичем в спартаковский манеж в Сокольниках на его машине. В районе Сокольнического парка Николай Петрович вдруг кричит водителю:

— Ильин, стой!

Тот — по тормозам:

— Что случилось?!

— Ты что, не видишь? Мы чуть генерала Бескова не обогнали!

На Девятое мая Константин Иванович всегда приезжал на базу, надевал свой полковничий китель с орденами. Его в столовой поздравляли, дарили торт. В общем, устраивали праздник. И вот во время этой процедуры спускается в столовую игравший тогда в «Спартаке» Миша Месхи. Открывает, едва проснувшись, дверь и видит Бескова в кителе и орденах. Минутная пауза, и он со своим классически грузинским акцентом пораженно произносит:

— Генералиссимус!

 

...про то, что сапожник как секретное оружие «Спартака»...

 

В команде всегда важно вовремя снять напряжение. Самый главный специалист в «Спартаке» по этому вопросу — сапожник Слава Зинченко, наше секретное оружие. У игроков уже вошло в традицию спорить со Славой на деньги: сможет он отчебучить какой-нибудь  номер или нет. Когда Аленичев уезжал в «Рому», они устроили такой трюк. Проводы справляли в итальянском ресторане у кинотеатра «Ударник» на канале. В середине вечера Аленичев говорит всем: «Пойдем». Все, кто был в ресторане, вываливаются на набережную и видят: из ресторана важно выходит Слава, обмахивается, будто ему жарко. Затем спокойно раздевается на берегу, прыгает в воду и плывет до фонтана на середине канала и обратно. А это выходной день, центр Москвы, кругом народ гуляет! Слава вылезает на берег, к нему подбегает хозяин ресторана с халатом и ведет в душ. Это был гвоздь вечера!

 

Другой неподражаемый случай был в Бордо, когда мы проиграли в 1999 году в Лиге чемпионов. Настроение у всех было хуже некуда, надо было его как-то поднимать. Мы с доктором Васильковым пошли утром на площадь перед отелем и обнаружили там такую штуку: накладка из пластика в виде рельефной женской груди и торса до пупка, а все, что ниже пупка, скрыто передником. Очень реалистично выглядит, как будто на живую голую женщину надели обычный передник. Мы эту штуку тут же купили.

Летим в самолете домой, команда после поражения вся грустная сидит. Зовем Славу Зинченко в отделение стюардесс, надеваем на него эту накладку. Девчонки — стюардессы его накрасили: губы, ресницы, брови, закатали брюки, дали ему поднос с шампанским, и он в таком виде выходит к команде. Выглядел неподражаемо.

Первым в салоне сидел бразилец Робсон. Он как увидел, кто ему выпить предлагает, ошалел, ничего не поймет. Просто упал с кресла на колени и руками тянется к груди, не поймет, в чем дело. Все, кто за ним сидит, в хохоте заходятся. Даже командир экипажа выскочил посмотреть, что происходит у него на борту. Футболисты смеялись так, что самолет трясся.

_____________________________________________________________

Вагиз Хидиятуллин: как я Бескова подбил раскрутить Газзаева на ужин...

 

В ту пору я выступал за «Спартак», а мой друг и ровесник Валера Газзаев — за «Локомотив». За несколько дней до очного противостояния наших команд гуляли мы с Газзаевым в ресторане «Белград». Оба заводные, неуступчивые, слово за слово, ну и поспорили. Валерий Георгиевич уверял, что обязательно «Спартаку» забьет, а я, разумеется, бил себя в грудь, что не позволю ему этого сделать. И поспорили не просто так, а на роскошный ужин в ресторане.

Проигрывать мне жутко не хотелось, вот я и надумал в день игры подойти к Бескову: «Константин Иванович, в «Локомотиве» самый опасный — Газик. Может, персонально с ним сыграть?» Константин Иваныч аж воскликнул: «А что, это идея!» И приставил меня к Валере. Весь матч я от того ни на шаг не отходил. Шанса ему не предоставил. А поскольку был на взводе, то минут за десять поругался я с судьей и заработал удаление. Бесков сразу же Букиевского на поле выпустил. И я, уже покидая поле, успел шепнуть: «Газика держи! Слышишь, главное — держи Газика!»

В итоге 0:0 закончили. Но поляну будущий заслуженный тренер России так и не накрыл. Через много лет при встрече напомнил ему о споре, Валерий Георгиевич и бровью не повел: «Байки все это! Не было такого!»

И еще забавный случай. После того удаления Николай Петрович Старостин на заседании КДК попытался меня реабилитировать: «Вы разве не знаете, что Хидиятуллин из Ростова? У него говор специфический. Он арбитру кричит: «Глянь». А тому матерное слово послышалось. Вагиз же не виноват, что у него говор такой, а у судьи слух неважный». Удивительно, но члены КДК патриарху не поверили: «Какой «глянь»? Десять матчей за оскорбление судьи впаяли без зазрения совести!»

  

...про то, как меня Бессонов к Лобановскому перетаскивал...

 

Мы очень крепко дружили с Володей Бессоновым. Представляете расклад, да? Я спартаковец, он киевский динамовец — соперники принципиальней не бывает. На сборах сборной СССР мы с Бесом много лет жили вместе. И вот как-то в очередной раз закрылись с ним в туалете — курим втихаря. Володя вдруг замолчал, а потом серьезным тоном спрашивает: «Что думаешь о переходе в Киев? Лобан (Лобановский) попросил провентилировать почву».

А меня смех разобрал: «Что они, сговорились, что ли?»

— Ты о чем?

— Да Бесков мне сказал, чтоб я уговорил тебя в «Спартак» перейти. Я как раз сейчас нужные слова подбирал.

Мы с Володей посмеялись, пожали друг другу руки, и каждый остался при своем.

 

... про тренировку в бане...

 

Бессонов — конечно, огромнейший талант. Все в футболе мог. Неспроста же Лобановский в нем души не чаял. Прощал ему абсолютно все. Как-то  распределяет нагрузку перед тренировкой. В первую группу отправляет бегунков. Во вторую — остальных, в третью — тех, кто восстанавливается после травм. Затем смотрит на несвежую Вовкину физиомордию и — полушепотом говорит: «А Бессонов — в баню».

 

...кто был пьяным в зеркале?

 

Гаврилов — один из самых неординарных футбольных людей. Не только на поле. Но и в быту. Как-то Юрка рассказал мне такую историю:

Он выступал в «Асмарале». Команда приехала куда-то за границу на сбор. Перед контрольным матчем на установке Бесков называет фамилию Гаврилова, ищет его глазами и… не находит. Ребята говорят: «Сейчас за ним сбегаем». Бесков: «Не надо, я сам». И пулей летит к Гаврилову. А тот, ни о чем не подозревая, лежит в номере — об установке ни сном ни духом не знает. Накануне Гаврила дегустировал горячительные напитки и ничего лучше не придумал, как пустую бутылку за тумбочку спрятать. Как будто раньше на этом не попадался. Константин Иваныч заходит, начинает распекать: «Ты о футболе уже больше меня знаешь, раз на установки не ходишь?!» Ну а сам по сторонам глазами водит. Константин Иванович был матерый волк, да и повадки Гаврилы прекрасно знал. Отыскал бутылку-то. Призадумался и позвал Юрку к зеркалу:

— Гаврила, тебе не кажется, что из нас двоих кто-то пьян?

Юрка смотрит на отражение Бескова и уточняет: Вы кого имеете в виду?

Только он мог так с Бесковым разговаривать.
________________________________________


 

Дмитрий Хлестов про Буратино и Петрушку в сборной...

 

Тогдашний тренер спартаковского дубля Виктор Зернов, когда видел, как мы на тренировках с моим лучшим другом, Володенькой Бесчастных, пасы щечкой отрабатываем (мяч у нас летал на уровне головы), неизменно над нами подтрунивал: «Эй вы, два Буратино, посмотрите на себя, да вы натуральные Петрушки. Из вас никогда футболистов не получится».

Самое смешное, что отчасти благодаря и Виктору Евгеньевичу «Буратино» и «Петрушка» доигрались до сборной страны, выступали на чемпионатах мира и в Лиге чемпионов.

 

...про то как войти в историю созидателем...

 

Часто футбольные люди вспоминают два ярких эпизода с моим участием. Первый, как я гол «Алании» забил, когда мастерски подсек мяч, перебросив его через вратаря. Второй, как я пас — конфетку Панову выдал, когда мы французов на их поле 3:2 обыграли. Так вот, самое время еще раз напомнить всем, какой я футболист. Во Владикавказе я не бил по воротам, под меня все стелились, я и накинул мяч на дальнюю штангу, а он в ворота свалился. А в случае с гроссмейстерской передачей Панову я хотел покатить мяч низом, а он у меня «парашютом» полетел, ну прямо как на тренировках в дубле у Зернова. Я тогда даже за голову схватился: как же можно быть таким Буратиной?! Когда Панов после той передачи гол забил, я чуть с ума от радости не сошел.

Я вот что думаю, если бы у меня всякий раз не получалось сыграть в атаке, как я задумал, может быть, и вошел бы в историю как лучший из защитников бомбардир — созидатель.

 

...про подушки для Большого Театра

 

В романцевских командах всегда существенное внимание уделялось выработке морально — волевых качеств. Однако когда руководство сборной приняло решение отвезти игроков в Большой театр на оперу, то такая задача не ставилась. Хотелось, чтобы ребята окунулись в новый для себя мир, почерпнули положительные эмоции. В общем, хотели как лучше, получилось как всегда. Примерно после пятнадцатой минуты действа наши доблестные сборники стали зевать. Ну а потом принялись вырабатывать морально — волевые качества. И все же до «финального свистка» дотянули не все. Например, Титов, минут за двадцать до конца обнаружив, что Бесчастных, мирно подбоченясь, видит десятый сон, дабы не разделить его участь, отправился в буфет. По окончании «Реквиема» многие игроки отметили, что в следующий раз непременно надо будет запастись подушками. Представьте картину: двадцать спортивных людей идут в Большой театр с подушками. Вот это подготовка к матчам!

 


 

СсылкаОтветить

Comments:
[User Picture]From: clone_me
2011-09-01 05:04 am
а псина-то, оказывается, всегда был пиздаболом (если, конечно, Вагиз сам не сочиняет))
(Ответить) (Thread)